зеленая лампа

Из варяг в персы. Патриотично и выгодно

никитин
Тверской купец Афанасий Никитин называл свое хождение в Индию грешным, так как его влекли за три моря торговля и простое любопытство. Богатств купец не нажил – «перец да краски это дешево, зато пошлины большие, да на море разбойников много!» А что до грехов, так на то и торговля – кто в ней безгрешен?

Не было бы этой волжской торговли – не было бы и России. В XV веке Тверь и другие русские города были лишь торговыми станциями на древнем пути, ведущем из Индии в страны Балтии. А ведь уже Святослав Игоревич осознал его державное значение.

Русь изначально складывалась как городская военно-торговая корпорация. В отличие от франков, стремившихся к контролю сельской округи в ущерб городской жизни, русско-балтийские князья вышли из урбанизированной южной Балтики. Гамбургский хронист XI века полагал, что славянский Волин в Померании – самый большой город мира. Там жило, по его сведениям, 900 семей. Это была одна из пиратских столиц в длинном ряду славянских поселений этого региона: Старград у вагров, Рерик у ободритов, Дымин, Узноим, Велегощ, Гостьков у лютичей, Волин, Штетин, Камина, Клодно, Колобрег и Белград у поморян описаны у немецких авторов как поселения с богато украшенными храмами и хорошо устроенные в хозяйственном отношении, с многочисленными ремеслами, откуда множество людей отправляется в чужие земли для торговли или войны, сажая и лошадей на корабли, что позволяет быстро проходить чужие земли.

Укрепившись на Старой Ладоге, воинственные балтийские славяне развивали дальнейшую экспансию в двух направлениях – в сторону Днепра и в сторону Волги. Волжский путь защищали более сильные соперники. Но и цена приза была выше.
Согласно подсчетам, приведенным в книге Д. Гребера «Долг: первые 5000 лет истории», греки были попросту не в той весовой категории.

ввп

Собственно, потому-то волжские государственные образования булгар и хазар, контролировавшие торговые пути на Ближний Восток и в Китай, и были так сильны, что могли сопротивляться завоеванию дольше населения Поднепровья. Собственно, поэтому русские правители стремились эти пути отобрать.

Но и Поволжье, будучи однажды завоеванным, в дальнейшем держалось за Русь. В Смутное время от Руси отпали все ее западные города, а центральное правительство присягнуло польскому королю Владиславу. Только Поволжье оставалось очагом сопротивления как внешним захватчикам, так и коллаборационистам. А ведь Поволжье начала XVII века даже не было преимущественно русским! Оно и само лишь недавно попало в московский плен. Но деньги волжских купцов и татарские отряды сослужили службу не полякам, а России.

Не в меньшей степени Поволжье сыграло роль станового хребта России в годы гражданской войны, сохранив лояльность центральному правительству большевиков. К Волге рвались европейские захватчики в критическом 1942 году. Снова Волга.

Лишь однажды – в годы пугачевского бунта – Поволжье восстало против России, и любой объективный анализ покажет, что это было самое страшное восстание в русской истории. Опасно для русского государства забывать о том, где оно, собственно, находится, в какой культурно-географической реальности. Опасно забывать о развитии волжского торгового пути.

Но это путь из Индии через Иран на Балтику. Торговля с этими странами – прямое продолжение и смысл волжского пути.Деньги стремятся туда, где рождаются товары. Это означает, что денежная река из Европы течет по Волге на юг, в Индию.

Точнее, могла бы, если бы новая «семибоярщина» не упражнялась так долго в присягах западным «партнерам».

В 2015 году нашими главным торговыми партнерами были Китай и Нидерланды, из балтийских государств Германия заняла 4-е место, Финляндия – 10-е место. Индия «отдельной строкой» не просматривается. Волга как международный торговый путь не используется или почти не используется. Стоит ли удивляться падению нашего внешнеторгового оборота, если мы не занимаемся этим вопросом системно и с учетом опыта нашей истории?

Опасность нашего положения состоит также в том, что «партнеры», значительно превосходящие нас в экономической мощи, как на Западе, так и на Востоке, напротив, мыслят системно и прекрасно осознают конкурентные возможности пути «из варяг в персы». Они приложат любые усилия, что этого пути не было. А нас – в отсутствие такой альтернативы, затрут между АмероЕвропой и БританоКитаем, превратив в нищего транзитера, готового работать за кредитные подачки, наподобие Украины.

Напротив, на южном маршруте мы, помимо Индии, – единственная крупная экономическая величина, а в технологическом плане превосходим всех своих потенциальных партнеров – но активности в налаживании этого маршрута Россия не проявляет, если не считать встреч на высшем уровне, где ведутся соответствующие разговоры. Но ведутся от случая к случаю, как правило, не с нашей подачи. А воз уже 20 лет все на том же месте. Такое положение следует менять и, конечно, инициатива не может исходить только «сверху». В Москве, к сожалению, слишком много сторонников альтернативных интересам России путей ее «развития».

коридор

Транспортный коридор «Север-Юг» должен обслуживать целый комплекс интересов: торговых, финансовых, военных и гуманитарных. Для таких крупных стран, как Индия и Россия это не только «федеральный», но и региональный проект. Логично, если его будут активнее двигать снизу региональные силы – деловые или политические. Это прекрасная возможность для политической партии заявить о себе и получить поддержку в Волжском регионе и на Каспии. Это также повод для налаживания международного гуманитарного сотрудничества по образцу тех инициатив, которые уже предпринимаются с российской стороны на Ближнем Востоке. Волжский торговый путь – задача русского масштаба, и патриотическая, и выгодная.

Recent Posts from This Journal

promo civil_disput august 9, 2012 18:40 104
Buy for 200 tokens
Похоже, Вы зашли в гости. Для моих особых друзей я веду историко-философский семинар "Зеленая Лампа. История мысли от античности до наших дней". К нам можно присоединиться в Скайпе или, для организованных групп сознательных граждан, договориться о таких занятиях в реале. О ЦЕЛЯХ СЕМИНАРА…