February 10th, 2014

ришелье

Разница между Священным Писанием и "Историей" Ключевского.

Оригинал взят у ortheos в Разница между Священным Писанием и "Историей" Ключевского.
Когда Ключевский, Тацит, Геродот, Моммзен, Успенский пишут историю, они на основании тех или иных документов а также своих представлений, говорят об исторических событиях. И историческое событие является причиной написания той или иной главы или абзаца.

Когда мы говорим о Священном Писании - все происходит ровно противоположным образом. Историческое событие происходит именно потому, что так написано в Священном Писании. Слово Божие не рассказывает о сотворении мира в шесть дней. Оно Его совершает.

Беда наших ученых богословов в том, что они спустя 2000 лет существования Церкви по меткому выражению игумена Арсения (Соколова) (судя по всему, не осознающему его меткость), внезапно открыли Слово Божие, как книгу. В то время как Слово Божие - это Вторая Ипостась Троицы, а книга , которую мы называем Словом Божиим - это НЕ Слово Божие - это Его икона чернилами на бумаге. Точно также мы говорим для краткости про икону Пресвятой Богородицы, что это Пресвятая Богородица, в то время как это Ее образ, отпечаток лика на веществе. Человек, который "открыл Слово Божие, как книгу" - это человек, который вдруг решил, что Бог сделан из дерева.

Да, сотворение мира произошло раньше, чем Моисей написал свою икону Слова Божия. Это не отменяет того факта, что Слово является Тем, Кто сотворил мир.

Поэтому ученые рассуждения о достоверности описания в Бытии сотворения мира (равно как и прочих событий) есть такой же кромешный идиотизм, как рассуждение о достоверности действий плотника по срубанию стен.

P.S. Первое возражение, которое неминуемо последует:
грехопадение Адама, грехов и добрых дел прочих людей - тоже есть прямое следствие Слова Божия?

Collapse )

promo civil_disput august 9, 2012 18:40 114
Buy for 200 tokens
https://t.me/E_Milutin Похоже, Вы зашли в гости. Меня зовут Евгений Владимирович Милютин. Российский дипломат (в прошлом), историк, востоковед, писатель, автор книги «Психоистория. Экспедиции в неведомое известное». Имел опыт преподавательской работы в Asia Pacific Center for Security Studies…
ришелье

УНИВЕРСИТЕТ И ГОСУДАРСТВО: ПЛОДЫ МОДЕРНА

решил основательно почистить блог, удалить лишнее, оставить основное.
Этот цикл у меня был размещен отдельно в сообществе, что не слишком удобно для поиска.

Оригинал взят у civil_disput в УНИВЕРСИТЕТ И ГОСУДАРСТВО: ПЛОДЫ МОДЕРНА
В Новую Эпоху кардиналы уже не управляли полетом ангелов.
Они увидели, что порох и налоги обладают гораздо большим потенциалом и потребовали точного учета сил и средств.


Смена парадигмы
В XVI – XVII вв. в Европе, и, с задержкой примерно в сто лет, т.е. с конца XVII – начала XVIII вв. – в России, происходит резкая смена парадигмы общественного развития.
Collapse )
Точность измерений, расчетов и прогнозов Государства становится главной идеей фикс Модерна.
Ради точности строится здание Науки.
Ради требуемой точности государственные модернисты начинают упрощать девственные реалии европейских обществ, устраняя все то, что не поддается измерению.

Франция XVII века была очень далека от того, чтобы соответствовать требованиям кардинала. Его генералы для измерения расстояний вполне еще могли пользоваться такими далекими от всякой точности представлениями, как «дневной марш лучшей роты мушкетеров господина де Тревиля», если хотели сказать, что какое-то расстояние следует преодолеть очень быстро. Его сборщики налогов должны были считаться с тем, что во Франции существовало, по меньшей мере, 17 разновидностей меры длины ткани, называемых, тем не менее, одним словом «он», и что объем пинты пива в Париже – 0,93 л., в Сен-ан-Монтань – 1,99 л., а в Преси-су-Тил в ту же пинту умещается аж 3,33 л. (По книге Джеймса Скотта «Благими намерениями государства») Вот и попробуйте в этих условиях рассчитать общенациональный налог на добавленную стоимость тканей или пива, чтобы вам его хватило на пушки, а населению еще осталось на масло.
Не будем забывать также и о том, что в ту пору 95% налогоплательщиков обозначали себя лишь как Пьер, Жан или Жак, и что никаких иных самоиндентификаций у них не было.
Иными словами, для обеспечения требуемой точности расчета нужно было прежде озаботиться такими «мелочами», как единый стандарт мер и весов, пофамильные регистры граждан, и само гражданство, и сами фамилии, картографирование территории, учреждение образовательного стандарта и повсеместное строительство школ для населения, с тем, чтобы в Сен-ан-Монтань говорили бы на том же французском языке, который способен понять чиновник из Парижа, а не на смеси новоарагонского и среднепортугальского, как то сложилось по факту.
«Ненаучное» государство Габсбургов с подобными сложностями мирилось, полагаясь на героизм знати, авторитет высших сил и на сбор налогов по принципу «сколько получится», однако «научное» геометрическое государство Ришелье хотело иметь гораздо больше ресурсов и поставило целью преодоление сложности социального леса с тем, чтобы обрести спасение еще при жизни.
Не исключено, что модерн бы попросту не состоялся или был бы надолго отложен, победи в Тридцатилетней войне средневековые моралисты-Габсбурги. Но победили французские модернисты, соседям усилившейся Франции пришлось, в свою очередь, приспосабливаться к ее возросшей военной мощи и копировать способы ее приобретения – вот почему наступил век Модерна, век великих реформ Университета и Государства.

Collapse )

ришелье

УНИВЕРСИТЕТ И ГОСУДАРСТВО: Игра в запрещенное вычисление

Оригинал взят у civil_disput в УНИВЕРСИТЕТ И ГОСУДАРСТВО: Игра в запрещенное вычисление
Идея фикс

Поскольку не все, кто хотел, смогли присутствовать в прошлый раз, уместно напомнить основные тезисы первой лекции.

Точность измерений, расчетов и прогнозов – это идея фикс Модерна.
Требование точности исходит от Государства, которое меняет свой тип, превращается в «геометрическое государство» и становится в эпоху Модерна главным действующим лицом Истории Европы и России.
Государство создает новый Университет, превращая его из транслятора культуры в транслятор точного знания.
Однако не все в человеческом мире могло быть измерено средствами науки XVII в. Да и сейчас еще трудно совместить с идеей точного научного измерения такие явления как язык или культуру, искусство или философию.
Это вовсе не значит, что «неточности» социального леса – явления ненужные, лишние или, что без них можно безболезненно обойтись.
Со временем науки и даже некоторые государства осознают, что социальные «муравейники», «буреломы», и прочие «лишние» явления важны для общественного здоровья точно так же, как необходимы они для здоровья живой природы.
Но отказаться от идеи фикс невозможно, как невозможно дворянской кавалерии воевать против испанской терции – мушкетеров и пикинеров. И потому новые вооружения и новые технологии у соседей вынуждают государства модернизировать свои общества, поначалу с огромным энтузиазмом и без понимания даже ближайших последствий вмешательства лесника, а сегодня – с великим страхом лесника перед гневом лесных божеств, конфигурация и возможности которых Государству и Университету до сих пор неизвестны.
Но кое-что все же проясняется.
Социологи обнаружили в социальном лесу новое явление, или новую болезнь.
Это явление словами Ф. Фукуямы можно назвать Великим Разрывом между обществами, с одной стороны, и Государствами и Университетами – с другой.
Разрыв проявляется в двух формах:
Во-первых, общества активно сопротивляются модернизации, либо проявляют к ней равнодушие. Нет ни одного европейского общества, которое можно было бы назвать актором, субъектом модернизации. Советское общество также было обществом ведомым – Государство и Наука переустраивали его или что-то устраивали для него, «для народа», «для людей» – но никогда советское общество не было движущей силой или источником идей советской модернизации.
Второй аспект Великого Разрыва проявляет себя как раз в идейной сфере. Общества, с одной стороны, Университет и Государство – с другой, начинают думать по-разному. В отсутствие общего культурного Транслятора, в Обществах «сами собой» начинают формироваться одни культурные представления, а в Университетах и Министерствах – другие.
Таким образом, Великий Разрыв проявляет себя либо как Разрыв Участия, либо как Разрыв Мышления.
Иногда это выглядит очень смешно.
Вот, например, подборка ответов школьников на вопросы олимпиады.

Вопросы о космосе:
Кто придумал космическую ракету?
Космическую ракету придумал… Цилковский или Церковский. Мнения разделились.
Космическую ракету построили… Ковалев, Корольков. Но… одним из соучастников построения «коробля» был Королев В.
Кто же первым полетел в космос?
Первым в космос полетел англичанин, если говорить о людях.
Первый человек в космосе – Королев.
Первым живым существом в космосе была собака Циолковского.
Первым в космос полетел Ю. Гагарин в 1641 г.
Юрий Гагарин пробыл в космосе примерно 2 года.
По другой версии, самый длительный полет в космос продолжался 1,5 года, то есть 1500 дней.
Подробности здесь:
http://mastino-odessa.livejournal.com/

Казалось бы, после почти трех веков воспитания в европейском человеке научного мышления – а разве не этим занимается школа? – мы вправе ожидать от школьника точных представлений хотя бы о продолжительности календарного года. Но нет, точности не получается.
Возможны три объяснения.

Первое. Не правы дети. В конце концов, и время сейчас тяжелое.
Однако тяжелые времена случались и раньше. И раньше дети не всегда хорошо учились, а учителя не всегда хорошо учили. Но в традиционных немодернизированных обществах мы видим одну картину, а в модернизированных – другую.
То знание, которое в Европе до Модерна считалось обязательным и нормативным, действительно было достоянием всех – знати, и людей простого звания, священников и прихожан, детей и взрослых.
Сегодня нормативное научное знание не становится всеобщим достоянием. Такое знание – удел специалиста. Неспециалист к научному нормативному знанию, как правило, равнодушен.

Второе возможное объяснение. Дети правы, однако они не способны усвоить научную картину мира, которая слишком для них сложна.
Это объяснение нам придется отбросить, если мы признаем, что разум ребенка это тот же человеческий разум, и попытаемся оценить масштаб возможностей разума человека.
Разум способен делать правильные вычисления в масштабе от размеров объектов микромира до размеров видимой Вселенной, или от бозона Хиггса с характерной областью расстояний ~ 10^(-19) m, до самой Вселенной, ~10^26m.

45 порядков величин расстояний – таков масштаб возможностей человеческого Разума

Что же такого сложного в том, чтобы запомнить две фамилии – Королев и Гагарин, и соотнести их с двумя фактами? Является ли непреодолимой сложностью для Разума запоминание числа «365» и соотнесение этого числа с понятием «год»?

Третье объяснение. Дети правы, но в структуре нормативного знания содержится нечто такое, что делает его нерелевантным человеческому мышлению.
Поскольку мышление ребенка еще не адаптировано к требованиям Государства и Науки, ребенок сопротивляется знанию, которое его мышлению кажется противоестественным.
Ребенок неадекватность нормы чувствует, а взрослый человек не чувствует, поскольку его уже приучили думать «нормально».
Это самое неочевидное объяснение, но и самое интересное.
Этим вопросом я и предлагаю заняться сегодня.
Мы хорошо знаем, что исходным интеллектуальным пунктом Модерна была картезианская философия, вытеснившая прежний платонизм.
И если где-то и допущена ошибка, искать ее следует, начиная с работ Рене Декарта.

Collapse )

ришелье

УНИВЕРСИТЕТ и ГОСУДАРСТВО: кредит доверия

Оригинал взят у civil_disput в УНИВЕРСИТЕТ и ГОСУДАРСТВО: кредит доверия
Как я уже говорил во время наших первых двух встреч, культура оказалась падчерицей Модерна. Влияние Церкви снизилось, в ряде случаев, почти до нулевой отметки, а университеты из трансляторов культуры превратились в трансляторы точного знания. Это с одной стороны.

С другой стороны, следует отметить, что «культура» как явление была открытием Модерна. В Средневековье понятие «культуры» в сознании людей отсутствовало. Церковь и Университет, которые на деле формировали именно культуру, понимали свою миссию иначе. С субъективной точки зрения эти институты могли видеть в себе учителей веры или учителей жизни.

Еще в 30-х гг. прошлого века философ Ортега-и-Гассет, для которого очень характерно внимание к феномену культуры, называет этот феномен «жизнью». Его философия в этой связи получила название «жизненного рационализма», а не «культурного рационализма», как было бы точнее сказать с позиций науки сегодняшнего дня.

С пониманием феномена «культуры» связаны первые шаги социологии. Поскольку эти шаги были первыми, многие социологические концепции оказались с позиций дня сегодняшнего неудачными. Однако до начала 90-х гг. прошлого века неудачные опыты социологии относительно культуры формировали мейнстрим научного и околонаучного мышления, включая государственное мышление.

Вот почему следует сказать об этих шагах подробно.
Стержнем современной социологии остается идея о том, что неформальные связи и ценности традиционных обществ естественным и неизбежным образом заменяются формальными нормами и контрактами индустриального общества.
Впервые эту идею высказал Фердинанд Тённис в работе «Общность и общество» в 1887 г.

В таком понимании «культура» низводится с прежнего пьедестала закона божья и представляется чем-то либо стихийно возникающим в традиционных общинах, либо результатом сознательной деятельности людей науки, государства и искусства в индустриальном обществе.

В таком понимании культуры из нее удаляется моральное измерение. Например, прекрасной заменой чувству долга или морали видятся трудовые контракты, соответствующие государственному закону, которые могут быть прекращены также в соответствии с законом. В контрактной «культуре» не может быть никаких обязательств за рамками контракта.

В 1933 году, нацисты, придя к власти, прервали контрактные отношения Фердинанда Тённиса с университетом города Киля, где он преподавал, хотя вышел на пенсию еще в 1916 г.
У меня нет данных о том, что, какие чувства испытывал престарелый профессор, проработавший в одном учебном заведении всю жизнь, который долго и трудно выслуживал свое научное звание – титул полного профессора он получил лишь в 63 года. Три года после отставки он еще прожил, возможно, это были годы сомнений.

Строго говоря, нацисты поступили так, как это предписывает теория самого Тённиса. Государство ведь может быть любым, в том числе и нацистским. И законы, и контракты можно написать по-разному. И культура, и искусство также могут быть чем угодно, в том числе, руководствоваться идеями национал-социализма или формироваться под влиянием таких идей.
Говорить же о неких аксиоматичных моральных обязательствах невозможно, поскольку мораль не дана в аксиоме.

«Я думаю, их <учёных> сожгли на костре»
- мнение школьника об ученых

Для ЖЖ, к сожалению, всё. Полный текст доступен участникам семинара.

ришелье

УНИВЕРСИТЕТ И ГОСУДАРСТВО: проблема припоминания прошлого

Оригинал взят у civil_disput в УНИВЕРСИТЕТ И ГОСУДАРСТВО: проблема припоминания прошлого
6177387_original

Георг Гегель сказал однажды, что «История повторяется до тех пор, пока люди не усвоят уроки, которые они должны извлечь из истории».
Но что такое эти уроки?
Как и в других отделах Университета, в исторической науке продолжается борьба двух древних точек зрения.

Collapse )
исторический процесс

ришелье

УНИВЕРСИТЕТ И ГОСУДАРСТВО: ПОЛИТИЯ и ПОЛИТИКА

Оригинал взят у civil_disput в УНИВЕРСИТЕТ И ГОСУДАРСТВО: ПОЛИТИЯ и ПОЛИТИКА
Никакой поход не дается с таким трудом, как возвращение к здравому смыслу. – Бертольд Брехт
модель

Collapse )

ришелье

УРОК ДОБРА НАУЧНОГО ГОСУДАРСТВА

«Здоровая особь не обладала интересным для скрещивания набором генов».

котик

«Надо сказать, что я прекрасно знаком с копенгагенским зоопарком — за много лет работы в Копенгагене я был там с детьми много раз. Давно наблюдая за изменениями в стилистике и характере детских шоу, организуемых зоопарком в Копенгагене, я не раз задумывался о том, что не всё происходящее там можно объяснить случайным совпадением или веяниями моды. Некая нарастающая год от года брутальность детских шоу в этом зоопарке и, так сказать, прогрессирующая кровавость их «жизненной правды» заставляли меня не раз уводить детей подальше от подобных представлений.
Лучше уж видеть восторг детей, когда доят антилоп или кормят сеном пятиметрового жирафа, чем наблюдать отчаяние в их глазах, когда одни звери убивают и пожирают живьем других, деловито обнажая белые кости «правды жизни» еще недавно живого существа в абсолютно естественной и натуральной кровавой оргии».

Так вот, о совпадениях…

Collapse )