November 16th, 2015

ришелье

Закадровый смех и конец эпохи юмора

Оригинал взят у anlazz в Конец эпохи юмора.
Прерву на время «потребительскую тему». Но и о теракте в Париже так же не буду писать, равно как и о произошедшем ранее теракте с российским самолетом. Разбирать ситуацию с террором и исламистами надо отдельно, тем более, что это крайне неоднозначная тема. Но вот потрясающий символизм случившегося не заметить все же тяжело. Речь идет о том, что время между взрывом российского самолета и терактом в Париже было заполнено известными событиями, связанными с карикатурами французского издания «Шарли Эбдо». Издевательства над погибшими в терактах показались недопустимыми даже для привыкшей ко всему российской блогосферы – в результате чего возмущение данным фактом охватило значительную ее часть.

* * *

Изначально я не собирался сколь-либо реагировать на данные события. О самом журнале в нашей стране стало известно только тогда, когда в январе этого года несколько террористов устроили «кровавую баню» в его редакции. Собственно, именно с этого времени его популярность впервые вышла за пределы Франции. Можно сказать, расстрел «Шарли» оказался самой лучшей рекламной компанией, проведенной в последнее время печатным изданием – что привело к немыслимому в наше телевизионно-интернетное время росту тиража до 3 млн. экземпляров.

Но одновременно с этим стал ясен и необычайно низкий уровень карикатур, представленных в данном издании. Тем самым был разрушен популярный миф  о высоком культурном уровне европейских художников-нонконформистовCollapse )
promo civil_disput august 9, 2012 18:40 114
Buy for 200 tokens
https://t.me/E_Milutin Похоже, Вы зашли в гости. Меня зовут Евгений Владимирович Милютин. Российский дипломат (в прошлом), историк, востоковед, писатель, автор книги «Психоистория. Экспедиции в неведомое известное». Имел опыт преподавательской работы в Asia Pacific Center for Security Studies…
ришелье

G20: разделить риски с нашими «партнерами»


Какой аспект запутанной международной повестки дня ни возьми, споткнешься об этот, действительно, ключевой вопрос.
В период «холодной войны» риски делились более эффективным образом. Сегодня устранение второй сверхдержавы и существенное ослабление первой погрузило международные отношения в состояние хаоса. США слишком слабы, чтобы быть препятствием размыванию мирового порядка, но еще достаточно сильны, чтобы экспортировать свои риски на периферию.
Следовательно, единственный возможный вектор российской стратегии состоит в том, чтобы перестать быть периферией мирового развития. А решение этой задачи потребует масштабных внутренних перемен, прежде всего, устранения актеров провинциального театра.
Этого обновления состава от нас и ждут – кто со страхом, а кто и с надеждой.